Лясковец Оксана Николаевна ОТДЕЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ ИСКУССТВЕННОГО ИЗМЕНЕНИЯ ПРЕДЕЛЬНЫХ СОСТОЯНИЙ

Лясковец Оксана Николаевна

ОТДЕЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ ИСКУССТВЕННОГО ИЗМЕНЕНИЯ ПРЕДЕЛЬНЫХ СОСТОЯНИЙ

Жизнь и смерть давно решенные природой вопросы – в смысле их безусловной заданности любому явлению земного бытия; устройство мира таково, что все живое неизбежно погибает. Смерть – это  “предельная” бытийная точка любого явления, а точнее, завершающая точка жизненного процесса, чем смерть, в том числе, характеризует жизнь – через смерть определяется ее конечная граница. Однако жизнь – это не только явление, отмеченное смертью. Поскольку она временна (применительно к конкретным субъектам и явлениям), то она имеет свою точку отсчета, в качестве которой, по смыслу, выступает рождение. Бытие живого поддерживается через продолжение рода, способность создать подобное себе существо.

Жизнь фактически помещена между рождением и смертью, которые являются ее предельными рамками. Таким образом, свойство предельности объективно и оно обуславливает специфику земного бытия через необходимость рождения и умирания. В указанной связи в качестве предельных философских вопросов следовало бы обозначить рождение и смерть.

Однако процесс рождения предварен за-рождением (зачатием), без этого этапа жизнь также невозможна. Соответственно, в качестве начала жизненного пути логически должно выступить зарождение.

Вот именно эти состояния – зарождение и смерть, предлагается рассмотреть в рамках настоящих тезисов как предельные вопросы.

Итак, за/рождение и смерть – это онтологические законы с онтологически заданным «механизмом действия». Способность продолжения себя через рождение и необходимость умирания “технологически” природой обеспечены.

Вместе с тем, несмотря на то, что, казалось бы, эти вопросы решены предельно ясно, человек в силу своей «творческой» натуры  пытается решить (и уже решил) вопросы зачатия, рождения и смерти неестественным (неприродным), а искусственным путем.

Сегодня жизнь может быть неестественно зарождена путем искусственного оплодотворения, in vitro (экстракорпорального оплодотворения) и клонирования. С помощью клонирования и суррогатного материнства плод может быть взращен. Искусственно прекращена жизнь может быть через смертную казнь, эвтаназию и аборт. В последнем случае речь идет о прерывании жизни неродившегося ребенка. Но поскольку ребенок в материнском чреве уже зарожден, он растет и  развивается, то, безусловно, живет.

Т.е. человек начинает эти вопросы решать самостоятельно, по-своему. Он не изменяет сам онтологический закон -  не способен отменить явления рождения и смерти. Человек включается в процессы за/рождения и умирания, наделяя себя руководящей ролью, благодаря чему происходит явная утрата стихийного (естественного) характера процесса. Зарождение и прерывание жизни становится гарантированным, так как в эти процессы «добавляется» новый (искусственный) участник, обеспечивающий результат (успех) процесса  (доктор, оплодотворяющий яйцеклетку путем «подсаживания» к ней сперматозоида, женщина, вынашивающая «по договору»  ребенка, лицо, исполняющее смертный приговор и т.д.). Здесь человек – «руководитель» процесса. В таком виде реализуется управленческая/управляющая (представляющая интерес в бытийном смысле) роль человека, через которую находит выражение стремление человека править миром (попытка присвоения божественных функций).

По сути, руководство этими процессами демонстрирует способность человека регулировать жизненные «границы» теперь «с двух сторон». В искусственном прерывании жизни мало «нового» – смертная казнь один из наиболее распространенных и «древних» способов неестественного прерывания жизни; значит, эта граница была подвержена искусственному регулированию давно.

«С другой стороны» – искусственное за-рождение; оно представляет гораздо больший интерес, так как гораздо ближе по содержанию к божественной творческой функции. Начальная жизненная точка теперь также может быть «отрегулирована» – пара, желающая иметь детей, может запланировать событие зачатия на определенный период времени (даже за пределами биологической способности плодо-ношения (пример суррогатного вынашивания детей М. Галкина и А. Пугачевой – замораживание мужских и женских клеток, слияние которых образует человеческий плод)). При этом по отношению к «носителю» жизни ничего не меняется в ее начальном отрезке, жизнь просто начинает течь в определенный момент времени.

Таким образом, смысл искусственной регуляции в рассматриваемых примерах заключается именно в исключении природного естественного начала (начало как принцип, как основа), подразумевающего, в том числе, необходимость сексуального контакта между мужчиной и женщиной (теперь и это не обязательно, детей «могут иметь» одинокие люди и гомосексуальные пары (примеры – Ф. Киркоров, Э. Джон, лесбийские пары на Западе).

Вывод: человек пока не способен отменить онтологический закон, устанавливающий необходимость за/рождения и смерти. Но человек наделил себя в этих процессах новой главной (распорядительной) ролью (особенно это касается процессов зарождения), поменяв участников (их количество), изменив значение (важность) их полового признака (а, может, даже вовсе отменив), изменив значение возраста (биологически репродуктивной возможности), изменив технологию процесса. Т.е. человек не просто вмешался в природный процесс, человеку удалось изменить онтологически организованный процесс, что, неоспоримо, затрагивает онтологические основы.

Последствия труднопредсказуемы, но неизбежны.